Warning: fopen(tmp/log.txt): failed to open stream: Permission denied in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 30 Warning: fwrite() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 33 Warning: fclose() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 34 Гамлет, принц датский (пер. М. Лозинского) - стр.9
Сделать стартовой    Добавить в избранное   
Библиотека школьной литературы
     
     Гамлет
     Нет ничего, сударь мой, с чем бы я охотнее расстался; разве что с моею жизнью, разве что с моею жизнью, разве что с моею жизнью.
     Полоний
     Желаю здравствовать, принц.
     Гамлет
     Эти несносные старые дураки!
     Входят Розенкранц и Гильденстерн.

     Полоний
     Вам надо принца Гамлета? Он здесь.
     Розенкранц
     (Полонию)
     Благослови вас бог.
     Полоний уходит.

     Гильденстерн
     Мой досточтимый принц!
     Розенкранц
     Мой драгоценный принц!
     Гамлет
     Милейшие друзья мои! Как поживаешь, Гильденстерн? – А, Розенкранц? Ребята, как вы живете оба?
     Розенкранц
     Как безразличные сыны земли.
     Гильденстерн
     Уж тем блаженно, что не сверхблаженно;
     На колпачке Фортуны мы не шишка.
     Гамлет
     Но и не подошвы ее башмаков?
     Розенкранц
     Ни то, ни другое, принц.
     Гамлет
     Так вы живете около ее пояса или в средоточии ее милостей?
     Гильденстерн
     Право же, мы занимаем у нее скромное место.
     Гамлет
     В укромных частях Фортуны? О, конечно; это особа непотребная. Какие новости?
     Розенкранц
     Да никаких, принц, кроме разве того, что мир стал честен.
     Гамлет
     Так, значит, близок судный день; но только ваша новость неверна. Позвольте вас расспросить обстоятельнее: чем это, дорогие мои друзья, вы провинились перед Фортуной, что она шлет вас сюда, в тюрьму?
     Гильденстерн
     В тюрьму, принц?
     Гамлет
     Дания – тюрьма.
     Розенкранц
     Тогда весь мир – тюрьма.
     Гамлет
     И превосходная: со множеством затворов, темниц и подземелий, причем Дания – одна из худших.
     Розенкранц
     Мы этого не думаем, принц.
     Гамлет
     Ну, так для вас это не так; ибо нет ничего ни хорошего, ни плохого; это размышление делает все таковым; для меня она – тюрьма.
     Розенкранц
     Ну, так это ваше честолюбие делает ее тюрьмою: она слишком тесна для вашего духа.
     Гамлет
     О боже, я бы мог замкнуться в ореховой скорлупе и считать себя царем бесконечного пространства, если бы мне не снились дурные сны.
     Гильденстерн
     А эти сны и суть честолюбие; ибо самая сущность честолюбца всего лишь тень сна.
     Гамлет
     И самый сон всего лишь тень.
     Розенкранц
     Верно, и я считаю честолюбие по-своему таким воздушным и легким, что оно не более нежели тень тени.
     Гамлет
     Тогда наши нищие суть тела, а наши монархи и напыщенные герои суть тени нищих. Не пойти ли нам ко двору? Потому что, честное слово, я не в силах рассуждать.
     Розенкранц и Гильденстерн
     Мы в вашем распоряжении.
     Гамлет
     Не надо этого. Я не хочу приравнивать вас к остальным моим слугам; потому что – сказать вам, как честный человек, – служат мне отвратительно. Но если идти стезею дружбы, что вы делаете в Эльсиноре?
     Розенкранц
     Мы хотели навестить вас, принц; ничего другого.
     Гамлет
     Такой нищий, как я, беден даже благодарностью; но я вас благодарю; хотя, по правде, дорогие друзья, моя благодарность не стоит и полгроша. За вами не посылали? Это ваше собственное желание? Это добровольное посещение? Ну, будьте же со мною честны; да ну же, говорите.
     Гильденстерн
     Что мы должны сказать, принц?
     Гамлет
     Да что угодно, но только об этом. За вами посылали; в ваших взорах есть нечто вроде признания, и ваша совесть недостаточно искусна, чтобы это скрасить. Я знаю, добрые король и королева за вами посылали.
     Розенкранц
     С какой целью, принц?
     Гамлет
     Это уж вы должны мне объяснить. Но только я вас заклинаю – во имя прав нашего товарищества, во имя согласия нашей юности, во имя долга нашей нерушимой любви, во имя всего еще более дорогого, к чему лучший оратор мог бы воззвать пред вами, будьте со мной откровенны и прямы: посылали за вами или нет?
     Розенкранц
     (тихо, Гильденстерну)
     Что ты скажешь?
     Гамлет
     (в сторону)
     Так, теперь я вижу. – Если вы меня любите, не таитесь.
     Гильденстерн
     Принц, за нами посылали.
     Гамлет
     Я вам скажу, для чего; таким образом моя предупредительность устранит ваше признание и ваша тайна перед королем и королевой не обронит ни единого перышка. Последнее время – а почему, я и сам не знаю – я утратил всю свою веселость, забросил все привычные занятия; и, действительно, на душе у меня так тяжело, что эта прекрасная храмина, земля, кажется мне пустынным мысом; этот несравненнейший полог, воздух, видите ли, эта великолепно раскинутая твердь, эта величественная кровля, выложенная золотым огнем, – все это кажется мне не чем иным, как мутным и чумным скоплением паров. Что за мастерское создание – человек! Как благороден разумом! Как беспределен в своих способностях, обличьях и движениях! Как точен и чудесен в действии! Как он похож на ангела глубоким постижением! Как он похож на некоего бога! Краса вселенной! Венец всего живущего! А что для меня эта квинтэссенция праха? Из людей меня не радует ни один; нет, также и ни одра, хотя вашей улыбкой вы как будто хотите сказать другое.
     Розенкранц
     Принц, такого предмета не было в моих мыслях.
     Гамлет
     Так почему же вы смеялись, когда я сказал, что «из людей меня не радует ни один»?
     Розенкранц
     Оттого, что я подумал, принц, что если люди вас не радуют, то какой постный прием найдут у вас актеры; мы настигли их в пути; и они едут сюда предложить вам свои услуги.
     Гамлет
     Тот, что играет короля, будет желанным гостем; его величеству я воздам должное; отважный рыцарь пусть орудует шпагой и щитом; любовник пусть не вздыхает даром; чудак пусть мирно кончает свою роль; шут пусть смешит тех, у кого щекотливые легкие; героиня пусть свободно высказывает свою душу, а белый стих при этом пусть хромает. Что это за актеры?
     Розенкранц
     Те самые, которые вам так нравились, – столичные трагики.
     Гамлет
     Как это случилось, что они странствуют? Оседлость была для них лучше и в смысле славы и в смысле доходов.
     Розенкранц
     Мне кажется, что их затруднения происходят от последних новшеств.
     Гамлет
     Таким же ли они пользуются почетом, как в те времена, когда я был в городе? Так же ли их посещают?


Пред. стр.9 След.




© Книги 2011-2018