Warning: fopen(tmp/log.txt): failed to open stream: Permission denied in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 30

Warning: fwrite() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 33

Warning: fclose() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 34
Божественная комедия (илл. Доре) - стр.23
Сделать стартовой    Добавить в избранное   
Библиотека школьной литературы


Мои слова и ринули вперед,
Что я и сам бы не сдержал их воли.

124

Кормой к рассвету, свой шальной полет
На крыльях весел судно устремило,
Все время влево уклоняя ход.*

127

Уже в ночи я видел все светила
Другого остья, и морская грудь
Склонившееся наше заслонила.*

130

Пять раз успел внизу луны блеснуть
И столько ж раз погаснуть свет заемный,*
С тех пор как мы пустились в дерзкий путь,

133

Когда гора* , далекой грудой темной,
Открылась нам; от века своего
Я не видал еще такой огромной.

136

Сменилось плачем наше торжество:
От новых стран поднялся вихрь, с налета
Ударил в судно, повернул его

139

Три раза в быстрине водоворота;
Корма взметнулась на четвертый раз,
Нос канул книзу, как назначил Кто-то,*

142

И море, хлынув, поглотило нас».


     Песнь двадцать седьмая
     Круг восьмой — Восьмой ров (окончание)
1

Уже горел прямым и ровным светом
Умолкший пламень, уходя во тьму,
Отпущенный приветливым поэтом, —

4

Когда другой, возникший вслед ему,*
Невнятным гулом, рвущимся из жала,
Привлек наш взор к верховью своему.

7

Как сицилийский бык, взревев сначала
От возгласов того, — и поделом, —
Чье мастерство его образовало,

10

Ревел от голоса казнимых в нем
И, хоть он был всего лишь медь литая,
Страдающим казался существом,*

13

Так, в пламени пути не обретая,
В его наречье, в нераздельный рык,
Слова преображались, вылетая.

16

Когда же звук их наконец проник
Сквозь острие, придав ему дрожанье,
Которое им сообщал язык,

19

К нам донеслось: «К тебе мое воззванье,
О ты, что, по-ломбардски говоря,*
Сказал: «Иди, я утолил желанье!»

22

Мольбу, быть может, позднюю творя,
Молю, помедли здесь, где мы страдаем:
Смотри, я медлю пред тобой, горя!

25

Когда, простясь с латинским милым краем,
Ты только что достиг слепого дна,
Где я за грех содеянный терзаем,

28

Скажи: в Романье* — мир или война?
От стен Урбино* и до горной сени,
Вскормившей Тибр, лежит моя страна».

31

Я вслушивался, полон размышлений,
Когда вожатый, тронув локоть мне,
Промолвил так: «Ответь латинской тени».

34

Уже ответ мой был готов вполне,
И я сказал, мгновенно речь построя:
«О дух, сокрытый в этой глубине,

37

Твоя Романья* даже в дни покоя
Без войн в сердцах тиранов не жила;
Но явного сейчас не видно боя.

40

Равенна — все такая, как была:
Орел Поленты в ней обосновался,
До самой Червьи распластав крыла.*

43

Оплот, который долго защищался
И где французов алый холм полег,*
В зеленых лапах ныне оказался.*

46

Барбос Верруккьо* и его щенок,
С Монтаньей* обошедшиеся скверно,
Сверлят зубами тот же все кусок.

49

В твердынях над Ламоне и Сантерпо
Владычит львенок белого герба,
Друзей меняя дважды в год примерно;*

52

А та, где льется Савьо, той судьба
Между горой и долом находиться,
Живя меж волей и ярмом раба.*

55

Но кто же ты, прошу тебя открыться;
Ведь я тебе охотно отвечал, —
Пусть в мире память о тебе продлится!»

58

Сперва огонь немного помычал
По-своему, потом, качнув не сразу
Колючую вершину, прозвучал:

61

«Когда б я знал, что моему рассказу
Внимает тот, кто вновь увидит свет,
То мой огонь не дрогнул бы ни разу.

64

Но так как в мир от нас возврата нет
И я такого не слыхал примера,
Я, не страшась позора, дам ответ.

67

Я меч сменил на пояс кордильера*
И верил, что приемлю благодать;
И так моя исполнилась бы вера,

70

Когда бы в грех не ввел меня опять
Верховный пастырь* (злой ему судьбины!);
Как это было, — я хочу сказать.

73

Пока я нес, в минувшие годины,
Дар материнский мяса и костей,
Обычай мой был лисий, а не львиный.

76

Я знал все виды потайных путей
И ведал ухищренья всякой масти;
Край света слышал звук моих затей.

79

Когда я понял, что достиг той части
Моей стези, где мудрый человек,
Убрав свой парус, сматывает снасти,

82

Все, что меня пленяло, я отсек;
И, сокрушенно исповедь содеяв, —
О горе мне! — я спасся бы навек.

85

Первоначальник новых фарисеев,*
Воюя в тех местах, где Латеран,*
Не против сарацин иль иудеев,

88

Затем что в битву шел на христиан,
Не виноватых в том, что Акра взята,
Не торговавших в землях басурман,*

91

Свой величавый сан и все, что свято,
Презрел в себе, во мне — смиренный чин
И вервь* , тела сушившую когда-то,

94

И, словно прокаженный Константин,
Сильвестра из Сираттских недр призвавший,*
Призвал меня, решив, что я один

97

Уйму надменный жар, его снедавший;
Я слушал и не знал, что возразить:
Как во хмелю казался вопрошавший.

100

«Не бойся, — продолжал он говорить, —
Ты согрешенью будешь непричастен,
Подав совет, как Пенестрино* срыть.

103

Рай запирать и отпирать я властен;
Я два ключа недаром получил,
К которым мой предместник* был бесстрастен».

106

Меня столь важный довод оттеснил
Туда, где я молчать не смел бы доле,
И я: «Отец, когда с меня ты смыл

109

Мой грех, творимый по твоей же воле, —
Да будет твой посул длиннее дел,
И возликуешь на святом престоле».

112

В мой смертный час Франциск* за мной слетел,
Но некий черный херувим* вступился,
Сказав: «Не тронь; я им давно владел.

115

Пора, чтоб он к моим рабам спустился;
С тех пор как он коварный дал урок,*
Ему я крепко в волосы вцепился;

118

Не каясь, он прощенным быть не мог,
А каяться, грешить желая все же,
Нельзя: в таком сужденье есть порок».

121

Как содрогнулся я, великий боже,
Когда меня он ухватил, спросив:
«А ты не думал, что я логик тоже?»

124

Он снес меня к Миносу; тот, обвив
Хвост восемь раз вокруг спины могучей,
Его от злобы даже укусив,

127

Сказал: «Ввергается в огонь крадучий!»
И вот я гибну, где ты зрел меня,
И скорбно движусь в этой ризе жгучей!»

130

Свою докончив повесть, столб огня
Покинул нас, терзанием объятый,
Колючий рог свивая и клоня.

133

И дальше, гребнем, я и мой вожатый
Прошли туда, где нависает свод
Над рвом, в котором требуют расплаты

136

От тех, кто, разделяя, копит гнет.*


     Песнь двадцать восьмая
     Круг восьмой — Девятый ров — Зачинщики раздора
1

Кто мог бы, даже вольными словами,*
Поведать, сколько б он ни повторял,
Всю кровь и раны, виденные нами?



Пред. стр.23 След.




© Книги 2011-2018