Warning: fopen(tmp/log.txt): failed to open stream: Permission denied in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 30 Warning: fwrite() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 33 Warning: fclose() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 34 Ревизор - стр.18
Сделать стартовой    Добавить в избранное   
Библиотека школьной литературы
     
     Хлестаков. Неужели? Ах, какой же он мошенник!
     Купцы. Ей-богу! такого никто не запомнит городничего. Так все и припрятываешь в лавке, когда его завидишь. То есть, не то уж говоря, чтоб какую деликатность, всякую дрянь берет: чернослив такой, что лет уже по семи лежит в бочке, что у меня сиделец не будет есть, а он целую горсть туда запустит. Именины его бывают на Антона, и уж, кажись, всего нанесешь, ни в чем не нуждается; нет, ему еще подавай: говорит, и на Онуфрия его именины.
     Хлестаков. Да это просто разбойник!
     Купцы. Ей-ей! А попробуй прекословить, наведет к тебе в дом целый полк на постой. А если что, велит запереть двери. «Я тебя, говорит, не буду, говорит, подвергать телесному наказанию или пыткой пытать — это, говорит, запрещено законом, а вот ты у меня, любезный, поешь селедки!»
     Хлестаков. Ах, какой мошенник! Да за это просто в Сибирь.
     Купцы. Да уж куда милость твоя не запровадит его, все будет хорошо, лишь бы, то есть, от нас подальше. Не побрезгай, отец наш, хлебом и солью: кланяемся тебе сахарком и кузовком вина.
     Хлестаков. Нет, вы этого не думайте: я не беру совсем никаких взяток. Вот если бы вы, например, предложили мне взаймы рублей триста — ну, тогда совсем дело другое: взаймы я могу взять.
     Купцы. Изволь, отец наш! (Вынимают деньги.) Да что триста! Уж лучше пятьсот возьми, помоги только.
     Хлестаков. Извольте: взаймы — я ни слова, я возьму.
     Купцы (подносят ему на серебряном подносе деньги.) Уж, пожалуйста, и подносик вместе возьмите.
     Хлестаков. Ну, и подносик можно.
     Купцы (кланяясь). Так уж возьмите за одним разом и сахарцу.
     Хлестаков. О нет, я взяток никаких…
     Осип. Ваше высокоблагородие! зачем вы не берете? Возьмите! в дороге все пригодится. Давай сюда головы и кулек! Подавай все! все пойдет впрок. Что там? веревочка? Давай и веревочку, — и веревочка в дороге пригодится: тележка обломается или что другое, подвязать можно.
     Купцы. Так уж сделайте такую милость, ваше сиятельство. Если уже вы, то есть, не поможете в нашей просьбе, то уж не знаем, как и быть: просто хоть в петлю полезай.
     Хлестаков. Непременно, непременно! Я постараюсь.
     Купцы уходят. Слышен голос женщины: «Нет, ты не смеешь не допустить меня! Я на тебя нажалуюсь ему самому. Ты не толкайся так больно!»
     Кто там? (Подходит к окну.) А, что ты, матушка?
     Голоса двух женщин. Милости твоей, отец, прошу! Повели, государь, выслушать!
     Хлестаков (в окно). Пропустить ее.

     Явление XI
     Хлестаков, слесарша и унтер-офицерша.
     Слесарша (кланяясь в ноги). Милости прошу…
     Унтер-офицерша. Милости прошу…
     Хлестаков. Да что вы за женщины?
     Унтер-офицерша. Унтер-офицерская жена Иванова.
     Слесарша. Слесарша, здешняя мещанка, Февронья Петрова Пошлепкина, отец мой…
     Хлестаков. Стой, говори прежде одна. Что тебе нужно?
     Слесарша. Милости прошу: на городничего челом бью! Пошли ему бог всякое зло! Что ни детям его, ни ему, мошеннику, ни дядьям, ни теткам его ни в чем никакого прибытку не было!
     Хлестаков. А что?
     Слесарша. Да мужу-то моему приказал забрить лоб в солдаты, и очередь-то на нас не припадала, мошенник такой! да и по закону нельзя: он женатый.
     Хлестаков. Как же он мог это сделать?
     Слесарша. Сделал мошенник, сделал — побей бог его на том и на этом свете! Чтобы ему, если и тетка есть, то и тетке всякая пакость, и отец если жив у него, то чтоб и он, каналья, околел или поперхнулся навеки, мошенник такой! Следовало взять сына портного, он же и пьянюшка был, да родители богатый подарок дали, так он и присыкнулся к сыну купчихи Пантелеевой, а Пантелеева тоже подослала к супруге полотна три штуки; так он ко мне. «На что, говорит, тебе муж? он уж тебе не годится». Да я-то знаю — годится или не годится; это мое дело, мошенник такой! «Он, говорит, вор; хоть он теперь и не украл, да все равно, говорит, он украдет, его и без того на следующий год возьмут в рекруты». Да мне-то каково без мужа, мошенник такой! Я слабый человек, подлец ты такой! Чтоб всей родне твоей не довелось видеть света божьего! А если есть теща, то чтоб и теще…
     Хлестаков. Хорошо, хорошо. Ну, а ты? (Выпровожает старуху.)
     Слесарша (уходя.) Не позабудь, отец наш! будь милостив!
     Унтер-офицерша. На городничего, батюшка, пришла…
     Хлестаков. Ну, да что, зачем? говори в коротких словах.
     Унтер-офицерша. Высек, батюшка!
     Хлестаков. Как?
     Унтер-офицерша. По ошибке, отец мой! Бабы-то наши задрались на рынке, а полиция не подоспела да схвати меня. Да так отрапортовали: два дни сидеть не могла.
     Хлестаков. Так что ж теперь делать?
     Унтер-офицерша. Да делать-то, конечно, нечего. А за ошибку-то повели ему заплатить штрафт. Мне от своего счастья неча отказываться, а деньги бы мне теперь очень пригодились.
     Хлестаков. Хорошо, хорошо. Ступайте, ступайте! я распоряжусь.
     В окно высовываются руки с просьбами.
     Да кто там еще? (Подходит к окну.) Не хочу, не хочу! Не нужно, не нужно! (Отходя.) Надоели, черт возьми! Не впускай, Осип!
     Осип (кричит в окно). Пошли, пошли! Не время, завтра приходите!
     Дверь отворяется, и выставляется какая-то фигура во фризовой шинели, с небритою бородою, раздутою губою и перевязанной щекою; за нею в перспективе показывается несколько других.
     Пошел, пошел! чего лезешь? (Упирается первому руками в брюхо и выпирается вместе с ним в прихожую, захлопнув за собою дверь.)

     Явление XII
     Хлестаков и Марья Антоновна.
     Марья Антоновна. Ах!
     Хлестаков. Отчего вы так испугались, сударыня?
     Марья Антоновна. Нет, я не испугалась.
     Хлестаков (рисуется.) Помилуйте, сударыня, мне очень приятно, что вы меня приняли за такого человека, который… Осмелюсь ли спросить вас: куда вы намерены были идти?
     Марья Антоновна. Право, я никуда не шла.
     Хлестаков. Отчего же, например, вы никуда не шли?
     Марья Антоновна. Я думала, не здесь ли маменька…


Пред. стр.18 След.




© Книги 2011-2017