Warning: fopen(tmp/log.txt): failed to open stream: Permission denied in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 30 Warning: fwrite() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 33 Warning: fclose() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /var/www/kyser/data/www/e-bookcase.ru/core.php on line 34 Ревизор - стр.15
Сделать стартовой    Добавить в избранное   
Библиотека школьной литературы
     

     Явление III
     Хлестаков и Аммос Федорович.
     Аммос Федорович (входя и останавливаясь, про себя.) Боже, боже! вынеси благополучно; так вот коленки и ломает. (Вслух, вытянувшись и придерживая рукой шпагу.) Имею честь представиться: судья здешнего уездного суда, коллежский асессор Ляпкин-Тяпкин.
     Хлестаков. Прошу садиться. Так вы здесь судья?
     Аммос Федорович. С восемьсот шестнадцатого был избран на трехлетие по воле дворянства и продолжал должность до сего времени.
     Хлестаков. А выгодно, однако же, быть судьею?
     Аммос Федорович. За три трехлетия представлен к Владимиру четвертой степени с одобрения со стороны начальства. (В сторону.) А деньги в кулаке, да кулак-то весь в огне.
     Хлестаков. А мне нравится Владимир. Вот Анна третьей степени уже не так.
     Аммос Федорович (высовывая понемногу вперед сжатый кулак. В сторону.) Господи боже! не знаю, где сижу. Точно горячие угли под тобою.
     Хлестаков. Что это у вас в руке?
     Аммос Федорович (потерявшись и роняя на пол ассигнации.) Ничего-с.
     Хлестаков. Как ничего? Я вижу, деньги упали.
     Аммос Федорович (дрожа всем телом.) Никак нет-с. (В сторону.) О боже, вот я уже и под судом! и тележку подвезли схватить меня!
     Хлестаков (подымая.) Да, это деньги.
     Аммос Федорович (в сторону.) Ну, все кончено — пропал! пропал!
     Хлестаков. Знаете ли что? дайте их мне взаймы.
     Аммос Федорович (поспешно.) Как же-с, как же-с… с большим удовольствием. (В сторону.) Ну, смелее, смелее! Вывози, пресвятая матерь!
     Хлестаков. Я, знаете, в дороге издержался: то да се… Впрочем, я вам из деревни сейчас их пришлю.
     Аммос Федорович. Помилуйте, как можно! и без этого такая честь… Конечно, слабыми моими силами, рвением и усердием к начальству… постараюсь заслужить… (Приподымается со стула, вытянувшись и руки по швам.) Не смею более беспокоить своим присутствием. Не будет ли какого приказанья?
     Хлестаков. Какого приказанья?
     Аммос Федорович. Я разумею, не дадите ли какого приказанья здешнему уездному суду?
     Хлестаков. Зачем же? Ведь мне никакой нет теперь в нем надобности.
     Аммос Федорович (раскланиваясь и уходя, в сторону.) Ну, город наш!
     Хлестаков (по уходе его.) Судья — хороший человек.

     Явление IV
     Хлестаков и почтмейстер, входит вытянувшись, в мундире, придерживая шпагу.
     Почтмейстер. Имею честь представиться: почтмейстер, надворный советник Шпекин.
     Хлестаков. А, милости просим. Я очень люблю приятное общество. Садитесь. Вы ведь здесь всегда живете?
     Почтмейстер. Так точно-с.
     Хлестаков. А мне нравится здешний городок. Конечно, не так многолюдно — ну что ж? Ведь это не столица. Не правда ли, ведь это не столица?
     Почтмейстер. Совершенная правда.
     Хлестаков. Ведь это только в столице бонтон и нет провинциальных гусей. Как ваше мнение, не так ли?
     Почтмейстер. Так точно-с. (В сторону.) А он, однако ж, ничуть не горд; обо всем расспрашивает.
     Хлестаков. А ведь, однако ж, признайтесь, ведь и в маленьком городке можно прожить счастливо?
     Почтмейстер. Так точно-с.
     Хлестаков. По моему мнению, что нужно? Нужно только, чтобы тебя уважали, любили искренне, — не так ли?
     Почтмейстер. Совершенно справедливо.
     Хлестаков. Я, признаюсь, рад, что вы одного мнения со мною. Меня, конечно, назовут странным, но уж у меня такой характер. (Глядя в глаза ему, говорит про себя.) А попрошу-ка я у этого почтмейстера взаймы! (Вслух.) Какой странный со мною случай: в дороге совершенно поиздержался. Не можете ли вы мне дать триста рублей взаймы?
     Почтмейстер. Почему же? почту за величайшее счастие. Вот-с, извольте. От души готов служить.
     Хлестаков. Очень благодарен. А я, признаться, смерть не люблю отказывать себе в дороге, да и к чему? Не так ли?
     Почтмейстер. Так точно-с. (Встает, вытягивается и придерживает шпагу.) Не смея долее беспокоить своим присутствием… Не будет ли какого замечания по части почтового управления?
     Хлестаков. Нет, ничего.
     Почтмейстер раскланивается и уходит.
     (Раскуривая сигарку.) Почтмейстер, мне кажется, тоже очень хороший человек. По крайней мере, услужлив. Я люблю таких людей.

     Явление V
     Хлестаков и Лука Лукич, который почти выталкивается из дверей. Сзади его слышен голос почти вслух: «Чего робеешь?»
     Лука Лукич (вытягиваясь не без трепета.) Имею честь представиться: смотритель училищ, титулярный советник Хлопов.
     Хлестаков. А, милости просим! Садитесь, садитесь. Не хотите ли сигарку? (Подает ему сигару.)
     Лука Лукич (про себя, в нерешимости.) Вот тебе раз! Уж этого никак не предполагал. Брать или не брать?
     Хлестаков. Возьмите, возьмите; это порядочная сигарка. Конечно, не то, что в Петербурге. Там, батюшка, я куривал сигарочки по двадцати пяти рублей сотенка, просто ручки потом себе поцелуешь, как выкуришь. Вот огонь, закурите. (Подает ему свечу.)
     Лука Лукич пробует закурить и весь дрожит.
     Да не с того конца!
     Лука Лукич (от испуга выронил сигару, плюнул и, махнув рукою, про себя.) Черт побери все! сгубила проклятая робость!
     Хлестаков. Вы, как я вижу, не охотник до сигарок. А я признаюсь: это моя слабость. Вот еще насчет женского полу, никак не могу быть равнодушен. Как вы? Какие вам больше нравятся — брюнетки или блондинки?
     Лука Лукич находится в совершенном недоумении, что сказать.
     Нет, скажите откровенно: брюнетки или блондинки?
     Лука Лукич. Не смею знать.
     Хлестаков. Нет, нет, не отговаривайтесь! Мне хочется узнать непременно ваш вкус.
     Лука Лукич. Осмелюсь доложить… (В сторону.) Ну, и сам не знаю, что говорю.
     Хлестаков. А! а! не хотите сказать. Верно, уж какая-нибудь брюнетка сделала вам маленькую загвоздочку. Признайтесь, сделала?
     Лука Лукич молчит.
     А! а! покраснели! Видите! видите! Отчего ж вы не говорите?
     Лука Лукич. Оробел, ваше бла… преос… сият… (В сторону.) Продал проклятый язык, продал!


Пред. стр.15 След.




© Книги 2011-2017